«Рушится реальность. Теракт в Мюнхене в знак прощания с старой Европы

Рушится реальность

Федор Лукьянов
Теракт в Мюнхене в знак прощания с старой Европы

Федор Лукьянов, главный редактор
журнал «Россия в глобальной политике» с момента своего основания в 2002 году
год. Председатель Президиума Совета по внешней и оборонной политике
России в 2012 году. Профессор-исследователь высшей школы экономики. Научный Руководитель
Международного дискуссионного клуба «Валдай». Выпускник филологического
факультета МГУ, с 1990 года – журналист-международник.

 

Резюме:по данным полиции, стрельбу в торговом центре в Мюнхене 22
Июль-это акт отчаяния или маразм неудачника-одиночки, но не
очередная акция исламских экстремистов. Так что этот инцидент не
вписывается в ряд последних крупных терактов. В
по крайней мере, он может иметь гораздо большее влияние на европейскую
будущее.

По данным полиции, стрельба
торговый центр в Мюнхене 22 июля — акт отчаяния или безумия
лузер, одиночки, а не очередной акт исламского экстремиста. Это
кстати, этот случай не вписывается в ряд последних масштабных
террористические атаки. Однако, она может оказывать намного большее
воздействие на Европейское будущее, чем то, что произошло до сих пор в
в странах Старого Света — Франция (несколько раз), Великобритании, Бельгии,
Испания. В то время как эти полномочия Германия-это особый случай.

Политический центр Европейского Союза, государства, которое не только
самое масштабное влияние, но и во многом задает идеологические отношения
современной Европы. Этот статус недавно приобретенные Германии
последнее десятилетие Берлин был доволен позицией Домоводства в
свою часть мира без особой политической ответственности. Однако
момент, когда ЕС начал многоуровневая кризиса (на рубеже
2000-е-2010-е годы), стоимость Германия начала стремительно расти. К середине
это десятилетие было видно, как единственный кандидат на
роль Спасителя Европейского проекта и архитектор продления.
Перспектива не все в ЕС рады, но его реальность
признавали все.

Поворотным моментом стала волна беженцев летом и осенью 2015 года
когда позиция канцлера Германии Ангелы Меркель, во-первых, не
был принят большинством европейских стран и, во-вторых, был
катализатором обострения проблемы, а не способ ее смягчения. Главное
нельзя сказать, что новая линия противоречий, возникших между членами ЕС, и в
основной рост внутренней напряженности в Германии, не
своеобразная политика этой страны.

Западногерманской партийной системы, созданной после Второй мировой
война всегда была стабильной и успешно адаптировались к изменениям
общества. Волнения конца 1960-х годов, сначала привели к власти
социал-демократы, турбулентность в 1970-х и начале 1980-х годов обогатил Бундестага
вчера боевики из зеленого, идеально впишется в
создание. Объединение Германии расширили русло преемников
gedeerovskogo СЕПГ, которого поймали на краю политического поля.
Модель в целом не изменилась, она была устойчивой сотрудничества
представители новых социально-политических групп.

Сейчас эксперты все чаще говорят о том, что партийно-политическая
система Германии не соответствует реальному состоянию общества. Социальные
рыночной экономики, наиболее успешным примером которого, начиная с пятидесятых
считается, что в Германии учат политиков и активистов
чтобы сосредоточиться исключительно на средний класс — костяк
стабильность и развитие. Теперь он становится размытым, как
везде в развитых странах мира — верхней части с напряжением, но
сохраняет свои позиции, однако, больше не растет, дно скользит вниз
потерять благополучие и уверенность в завтрашнем дне.

Боишься изменений и недовольных людей, которые воспринимают в
штыков меняющуюся реальность, не менее 15 процентов, и это явно не
потолок. Не работаю с ними (и не знаю, как любой из традиционных
политические силы, включая левых, которые, казалось бы, сам Бог велел
вспомнить традиции и выступать от имени обездоленных. Но левой тоже
привык бороться за симпатии к зажиточному среднему классу
(социал-демократы) или, как в случае левой партии (в основном
Восток), чтобы обратиться к остаткам электората
ностальгируют по ГДР.

Для новых неблагополучных опротестование
социально-политических сил, который в Европе называют популистом, —
антииммигрантское движение Пегида и противники Европейской
интеграция партии «альтернатива для Германии». Факт
появление таких персонажей в Германия — серьезный признак
изменения. Из истории ХХ века, страны особенно чувствительна к
ксенофобии. Конечно, усиление правых настроений, давно
заметно и в остальной Европе, не означает, что они будут определять ход
Берлин. Тем не менее, они способны выступать в качестве фермента, влияя
политическое направление. Тем более, что события в
Германия напрямую связан с более мягкой ситуации
ЕС в целом.

Германия хоть и трагический опыт терроризма, в основном он
относится к семидесятым. Неудачной разведывательной операции в 1972 году
когда палестинские экстремисты захватили в том же Мюнхенском Олимпийском
сборная Израиля, был вынужден серьезно улучшить методы обучения.
Через несколько лет Германия столкнулась с мощной волной левак
террор из фракции Красной Армии, и он был полон решимости подавить. С
тот момент, когда на политическую арену вышел современный терроризм,
связанные с ближним Востоком, Германия неоднократно занимает первое место среди
потенциальными целями, но ничего, как французская или
Есть британские события. Однако почти каждый раз
после 11 сентября 2001 года, расследование показало нити, ведущие к
«спящие ячейки» в Германии, но они были быстро разоружены.

Правительство Германии традиционно продемонстрировали надежность в
что касается защиты мира и безопасности граждан, и они
доверять государству — полиция, спецслужбы, административных органов. В
последние годы воплощению этого Репутация стала Ангела Меркель —
авторитетный, ответственный и мудрый руководитель, который, как полагают
большинство знает, что делать и в Германии и Европы
шкале.

Миграционный кризис ударил целый комплекс идей — от
авторитет Меркель и вера в то, что политический истеблишмент понимает
делать, чтобы (и это главное) уверенность в
безопасности. Тревога расползается по старому свету в
различным причинам: страх терактов, это может быть новый Банк
коллапс где-то потеря национальной идентичности из-за наплыва
элементов других культур (Восточной Европы). Однако это общее ощущение
нестабильность и политические последствия.

Волна насилия, которая воспринимается как менее управляема
никому из власти, усугубляет недоверие народных масс к «оторваны от корней»
элиты, и это мировой тренд. Все больше и больше «обычные» люди думают, что
глобальная ситуация в области распределения богатства несправедливо, что
подрывает легитимность правящего класса. Ситуация в истории
уникальная, но в относительно упорядоченного раз вверху был ваш
козырь: ее представители могут заявить, что, хотя не всегда
могут обеспечить богатство и равенство и обеспечить мир и
безопасности. Например, защищая свободу и независимость лице
иностранный захватчик, или путем предотвращения внутренних беспорядков. Теперь все
это не имеет значения.

Защита суверенитета, противостояние внешним врагам — не на всех
тема для западных обществ. В Европе до недавнего времени, суверенитета,
наоборот, она должна быть демонтирована, и если они объявили, что
любая страна исходит опасность (как это недавно произошло в случае с
России), речь шла об угрозе виртуальных, а не реальных. Сегодня
обеспечение социальной гармонии и снятия внутренних звонков
вдруг стало задачей почти нерешаемой, особенно внутренние и
внешние угрозы (миграция, Исламизм, терроризм, крах мультикультурного
включение неразрывно связаны.

В этих условиях безжалостного нападения на невинных какого-либо участия людей
неважно, будут ли они проводиться обучение исламисты или
с ума один — усиливать чувство неуверенности и
ответственность за эту власть. Неслучайно Меркель, которая с задержкой
отреагировали на произошедшее в Мюнхене, в дополнение к словам соболезнования,
говорит, что он понимает опасения граждан и силы безопасности делают все
возможное, чтобы обеспечить их безопасность.

Германия входит в предвыборный период парламентских выборов
запланирована на осень 2017. Они будут после
решающие голоса, которые могли бы сделать референдум в
Великобритания перевернуть глобальной атмосферы — президентские выборы в
США и Франция. Небольшой, но важный тест будет повторный второй тур
выборы Президента Австрии осенью следующего года. В мае, кандидат
ультра-правые проиграли с минимальным преимуществом «зеленого» соперника
результаты отменено по процессуальным основаниям. После выходе Великобритании из ЕС, нападение в Ницце и ближайших Баварии, большинство австрийцев по-прежнему на стороне «зеленых» и не борец с мигрантами?

По-прежнему мало кто сомневается, что Ангела Меркель останется лидером
Христианско-демократическая партия ведет коалиция ХДС/ХСС на
выборы, кто победит, хотя вряд ли способны сформировать
не коалиционное правительство. Изменение обстоятельств-состоянии
скомкать этот сценарий. Ветер дует в паруса «альтернативы
Германия, несмотря на избиение партийных скандалов и явной одиозности его
лидеры. Баварский ХСС все больше расходится с канцлером, выше
всех беженцев — Бавария с самого начала был на
передовой миграционного шока, и сейчас было два подряд
жестокий инцидент (кроме Мюнхена психолого – афганской топором в вюрцбурге на прошлой неделе).

В общем, как крупнейшего политического сообщества — и консерваторы
(ХДС/ХСС) и социал-демократы — делят на Иммиграция вопрос (и
теперь это вопрос безопасности) примерно пополам, так что линия
демаркации не совпадает с формальным отделения партии. Учитывая
вышеописанный кризис партийной системы страны в целом, — предполагает
крупное переформатирование всего ландшафта.

Проблема, однако, не конкретные политики, так важно,
как и Меркель, а не в судьбе отдельных сторон. Германия придумала
в Европе в тот момент, когда вам нужна новая политическая повестка дня
день, другая система приоритетов, целей и концептуальных подходов. Еще
непонятно, как это может занять. Германия является ярким примером страны
объединяющим которые центризм заменил идеологические разногласия с
политики. После окончания холодной войны это произошло во многих европейских
странах, но в Германии, в полной мере.

Как метко заметил философ и социолог Александр Филиппов, вполне возможно, что сейчас Германия не нужно Шмидта (Гельмут Шмидт
канцлер социал-демократ 1970-х годов, который был определен и управляемых
точные действия для подавления красного террора), и Шмитт (Карл Шмитт —
философ и правовед и теоретик диктатуры, один из крупнейших, но
спорный интеллектуалов ХХ века). Другими словами, не подумав
новые основы государства и правительства нынешней политической
движения ничего.

Разработка моделей развития вместо того, который был исчерпан в четверть
века после окончания холодной войны, невозможно без идеологической дискуссии, но
всерьез это никто не приведет.

В Германии популярен лево-либеральных идей (в духе партии «зеленых») —
это один из главных итогов развития после Второй мировой войны и особенно
«холодной войны». Но в сложившейся ситуации трудно предположить, что
такие подходы будут положены в основу государственной политики, они, скорее всего,
ингибировать формирование скорректированной линии. Левый (его
шумной части) — вне игры, в общем, довольны своей
маргинальные. Социал-демократы свою идентичность в значительной мере теряется.
Консервативное крыло вряд ли способен создать нечто новое.
Консервативный мейнстрим — что Меркель-это воплощение
supercentres. Баварцы — облэнерго. «Палеокосмонавтов»
в национальном смысле это анахронизм радикалов с ксенофобским оттенком
нет никакой программы, кроме соблюдения закона.

Ситуация парадоксальная. Элитные немецкие длинные все
сил отрицает лидерские амбиции, все
списать на внешние комментаторы, но в конце концов, «созрел» их
признать и принять новые доказательства обнародованы менее двух
недели назад белой книге Министерства обороны). Но это теперь для
реализация этих требований необходимо сформулированной идеологической рецепт
как отремонтировать разваливающуюся реальность.

Он будет сформулирован и неизбежным давлением обстоятельств.
Единого источника не будет, однако, составные части могут быть
большой бизнес, дисциплинированных и эффективных сообщество тех, кто в
России обычно называют силовиков, ветеранов ХДС, как министр
финансов Вольфганг Шойбле. По-своему символично, что за последние
полтора года прошло с гигантами прошлого — бывший президент Рихард фон
Вайцзеккер, бывший канцлер Гельмут Шмидт, известные политики Эгон бар и
Ганс-Дитрих Геншер. Непререкаемым авторитетом почти не осталось,
Гельмута Коля давно и тяжело больна.

Вполне очевидно, что большинство высказываний — не только
о терроризме, а также в связи с результатами референдума в
Великобритании), что следующее ядро — идея сильной и
независимые государства. Лозунгом восставших против создания —
чтобы вернуть контроль государству, нации, обществу. И если правящий класс не
учитывать этот запрос, он не удержит ситуацию. А
все подобные настроения и превращаются в мейнстрим. Это означает, что
эпоха наднациональной «большой Европы» уходит в прошлое. И что будет в
XXI века «Европу Отечеств», в которой когда-то мечтал Шарль де Голль,
мы скоро увидим.

Лента.<URL-адрес>

 


Комментирование и размещение ссылок запрещено.