» Кадровое перемещение Антонова является сигналом Кремля внешнему миру

Кaдрoвoe пeрeмeщeниe Aнтoнoвa являeтся сигнaлoм Крeмля внeшнeму миру

 

Рeшeниe прeзидeнтa Рoссии o вoзврaщeнии Aнaтoлия Aнтoнoвa в МИД пoслe
пятилeтнeй рaбoты в Минoбoрoны нeизбeжнo стaвит вoпрoсы o пoдoплeкe
прoисxoдящeгo. Oнa видится нe в кaкиx-тo чaстныx или вeдoмствeнныx
прoцeссax или прoблeмax, a в ясном и прямом послании Кремля внешнему
миру. А то, что это происходит перед самым Новым годом, добавляет
символичности данному кадровому решению.

 

Конец года ознаменовался заметной кадровой перестановкой в верхах
российской государственной системы. Анатолий Антонов, с начала 2010-х
годов занимавший пост заместителя министра обороны, вернулся в свое «родное» ведомство, став замминистра иностранных дел.

«Если
кадровым решением пятилетней давности в Минобороны усиливался
гражданский и политический элемент, то теперь в святая святых российской
внешней политики вводится усиленная военная составляющая»

Подобные
кадровые решения являются питательной почвой для спекуляций и
предположений, особенно когда фоном для них проходят масштабные события в
военно-политической сфере в мире.

Анатолий Антонов – карьерный дипломат,
со студенческой скамьи (МГИМО) связанный с отечественным
внешнеполитическим ведомством. Его переход в 2011 году в Минобороны стал
маленькой сенсацией.

Вопросы безопасности давно были его
«специализацией» в российском МИДе. С середины 2000-х Антонов руководил
департаментом по вопросам безопасности и разоружения. Кроме того, он был
руководителем ряда российских правительственных делегаций, в том числе
на переговорах со странами «Группы восьми», по Договору
о нераспространении ядерного оружия, по обзору действия конвенций о
«негуманном» оружии, о запрещении химического оружия, о запрещении
биологического оружия и по многосторонним механизмам экспортного
контроля. Также Антонов возглавлял российскую делегацию на переговорах
с США по новому Договору о стратегических наступательных вооружениях.

Однако
даже при таком послужном списке смена крупным чиновником
дипломатического мундира на военную униформу стала заметным событием в
системе госуправления. Тогда назначение Антонова связывали с планами
Минобороны на расширение и углубление военно-политического
сотрудничества России – с акцентом именно на «политическую» часть – с
зарубежными странами, в первую западными. Привлечение для решения данной
задачи высокопоставленного профессионала именно в сфере дипломатии
выглядело логичным шагом.

В рамках той же логики можно предположить смысл и значение обратного перехода.

С
одной стороны, уход Антонова из Минобороны выглядит сигналом Москвы для
внешнего мира, что время «дипломатических игр» закончилось. Россия
больше не видит необходимости прикладывать дополнительные усилия по
политической и дипломатической линии при военно-политическом
взаимодействии с другими странами, особенно НАТО.

Шаг выглядит вполне последовательным, учитывая текущее охлаждение отношений России со странами НАТО, частые публичные перепалки между обеими сторонами и шаг за шагом нарастающие военные трения.

При
этом, безусловно, речь не идет о полном прекращении военного
сотрудничества, а скорее его переформатировании в соответствии с
текущими реалиями. Ныне для России на первый планы выходят военное и
военно-техническое взаимодействие со странами, не входящими в НАТО – от
Китая до Ирана. При работе с ними чисто военная составляющая играет
доминирующую роль, зато значимость политико-дипломатического фактора
снижается.

Фактически Кремль дает всему миру внятный сигнал, что
ее армии больше не требуется высокопоставленный дипломат на военном
посту.

Безусловно дополнительным показателем в этой связи станет будущее самой
должности, покинутой Антоновым, а также его возможный преемник, если
таковой будет. Пока не ясно, будет ли сочтено необходимым само
сохранение поста замминистра обороны, курирующего внешнеполитические
связи ведомства, и если да, будет ли на ее назначен дипломат или
кадровый военный.

С другой стороны, не менее значимым является новое
назначение Антонова в МИДе. Факты перевода на аналогичную должность и
даже введение института еще одного замминистра явственно
свидетельствуют, что к дипломату нет претензий по месту предыдущей
работы, а кадровое решение носит именно политический характер вне
привязки к его личности и профессионализму.

Кроме того, в МИДе
сообщили, что в новой должности Антонов будет курировать «общие вопросы
военно-политической безопасности». Это также выглядит весьма
символическим. Пять лет работы в Минобороны безусловно серьезно
расширили опыт и связи Антонова именно в военной сфере.

По сути,
можно сказать, что, если кадровым решением пятилетней давности в
Министерстве обороны усиливался гражданский и политический элемент, то
теперь в святая святых российской внешней политики вводится усиленная
военная составляющая.

Это выглядит ясным сигналом, каким ожидается и прогнозируется в Кремле 2017 год для мировой политики.

 


Комментирование и размещение ссылок запрещено.